Клушинская битва 1610 г. Каргалов В.В.

Клушинская битва 1610 г. Каргалов В.В.

 
Смутное время. Польская интервенция в 1604-1618 гг. Атлас. История России. XVII-XVIII века. М,2008.
Трагична судьба опытного в военном деле, полного решимости сражаться и знающего пути к победе полководца, если нет в его распоряжении боеспособной армии. Но вдвойне трагична участь войска, многочисленного и хорошо вооруженного, но врученного под командование бездарного и слабодушного военачальника.
 Именно такая участь была уготована русскому войску, которое выступило в мае 1610 г. к литовскому рубежу на выручку осажденному Смоленску.
 Это было то же самое войско, с которым побеждал интервентов прославленный молодой воевода Михаил Скопин-Шуйский, им самим обученное и подготовленное к войне. Войско даже стало сильнее, оно насчитывало теперь до 30 тыс. служилых людей, в основном опытных в военном деле дворян и «детей боярских». Увеличилось и число наемников-иноземцев. К шведскому полководцу Делагарди пришло 1,5-тысячное подкрепление, еще 2 тыс. наемников привел другой известный шведский воевода — Горн. Теперь «немцев» (так называли в России шведских, французских, немецких и иных иноземных наемников) было до 7 тыс. — целая армия! За счет московских пушек значительно пополнился «наряд», полевая артиллерия, хорошо показавшая себя в сражениях с польско-литовской конницей. Казалось, для успешного похода было сделано все. Но...
 Во главе русского войска встал царский брат, князь Дмитрий Шуйский, бездарный и слабодушный воевода, на счету которого были только поражения и которому не верили ратники. Опыт победоносного похода Михаила Скопина-Шуйского оказался забытым. Создается впечатление, что Дмитрий Шуйский намеренно нарушал заповеди молодого полководца.
 Например, Михаил Скопин-Шуйский всегда наносил удары кулаком, а не растопыренными пальцами, стараясь не дробить главные силы, которые двигались следом за передовыми отрядами. Эти отряды занимали города и селения, строили острожки, чтобы главные силы встречали противника на заранее подготовленных укрепленных позициях.
 Дмитрий Шуйский начал с того, что разделил войско. Примерно третья его часть во главе с Григорием Валуевым была послана на Можайск. Опытный воевода, известный еще по совместным походам со Скопиным-Шуйским, выполнил приказ, захватил Можайск и прошел дальше. Но главные силы за ним не последовали. Григорий Валуев остановился на большой Смоленской дороге, укрепился острожками. Ему удалось отбить гетмана Жолкевского, который приступал к острожкам с 2 тыс. польских гусар, 1 тыс. пехотинцев и 3 тыс. казаков. Воевода ждал подхода главных сил, чтобы на подготовленных им позициях дать решительное сражение. Но Дмитрий Шуйский медлил, а когда, наконец, выступил из Можайска, обстановка в корне изменилась. К гетману Жолкевскому присоединились полки пана Зборовского, и численность польско-литовского войска удвоилась. Станислав Жолкевский оставил для блокады укрепленного русского лагеря в Царевом Займище небольшой отряд, примерно тысячу ратников, а сам двинулся навстречу Дмитрию Шуйскому. Полк Григория Валуева, составлявший почти треть русского войска, так и не смог принять участие в генеральном сражении.
 Гетман Станислав ЖолкевскийНарушил Дмитрий Шуйский и другую заповедь своего молодого предшественника — организацию непрерывной разведки, которая добывала бы исчерпывающие сведения о противнике, при сохранении скрытности собственных передвижений. О задуманном воеводой Дмитрием Шуйским обходном маневре через Гжатск тотчас стало известно в польском лагере, а сам «полководец» даже не подозревал, что навстречу ему двинулись объединенные силы Жолкевского и Зборовского. Атака польско-литовского войска оказалась для Шуйского полной неожиданностью.
 Не выполнена была и третья непременная заповедь Скопина-Шуйского: встречать тяжелую польскую конницу только на укрепленных позициях, возводить вокруг любых лагерных стоянок хотя бы временные полевые укрепления.
 13 июня 1610 г., когда русские полки остановились для ночлега на краю обширного поля близ деревни Клушино, в 20 км севернее Гжатска, Дмитрий Шуйский приказал поставить впереди только плетень из хвороста; русский же лагерь и разбитый неподалеку лагерь иноземных наемников просто окружил обозными телегами. А ведь место было удачным: с трех сторон поле прикрывали леса, и только с четвертой, западной стороны имелись свободные подходы. Достаточно было прикрыть эту сторону не плетнем, а более крепкими деревоземляными укреплениями, опыт строительства которых у русских ратников накопился немалый, и сражение проходило бы в невыгодных для польских гусарских полков условиях. Конечно, за этими укреплениями должны были сидеть пехотинцы с «огненным боем», чтобы оберегать лагерь от любых случайностей. А Дмитрий Шуйский — то ли по беспечности, то ли по военной безграмотности — не удосужился выдвинуть к своему плетню даже сторожевые заставы.
 Почти всю ночь с 23 на 24 июня в шатре «большого воеводы» Дмитрия Шуйского пировали. Яков Делагарди хвастался, что самолично возьмет в плен гетмана Жолкевского. Благодушно были настроены и другие воеводы. И никто не подозревал, что от Царева Займища по ночным дорогам стремительными маршами идут польская конница, казаки и пехотинцы. Отборная королевская армия спешила к Клушину: 3 тыс. тяжелой польской конницы, 2 тыс. пехотинцев и 4 тыс. казаков. У гетмана Жолкевского и пана Зборовского было меньше людей, чем у Дмитрия Шуйского, но они надеялись на неожиданность и стремительность нападения. 

На рассвете 24 июня 1610 г. королевская армия развернулась для атаки. В первой линии стояли лучшие конные полки пана Зборовского и полковника Струся, за ними — остальная конница и пехотные роты. За левым флангом, находившимся против лагеря наемников Делагарди, спрятались в кустах казацкие сотни.
 Отряды пехотинцев подбирались с топорами к неохраняемому плетню, стремясь быстро прорубить проходы для конницы. Частично им это удалось. Но поднятые по тревоге русские стрельцы и мушкетеры Делагарди успели добежать до плетня и открыть огонь прежде, чем на поле выехали гусарские полки. Выдвижение польской конницы замедлилось, что позволило Дмитрию Шуйскому и Якову Делагарди вывести свое воинство из лагерей и построить его для сражения. У Делагарди на правом крыле впереди расположился пехотный строй, за ним — конница, у Дмитрия Шуйского, на левом крыле, — наоборот. Дмитрий Шуйский расставил свои полки крайне неудачно. Сражение предстояло вести в «поле», поэтому устойчивость боевых порядков могла обеспечить только пехота, вооруженная «огненным боем» и длинными копьями немецкого образца (таких копий у русских пехотинцев было достаточно), но незадачливый воевода в первые ряды выдвинул не пехоту, а конные отряды «детей боярских». В результате 5-тысячная конница Зборовского всей массой, выставив вперед длинные пики, обрушилась на эти отряды и опрокинула их. Отступая, «дети боярские» смяли собственную пехоту. Полки перемешались. Беспорядочные толпы ратников побежали к лагерю, чтобы укрыться за повозками. Многим удалось это сделать.
 
Якоб Делагарди. Неизвестный художник. 1606 () 95,5 x 74,5. Национальный художественный музей. Стокгольм Под знаменем воеводы Дмитрия Шуйского собралось в лагере не менее 5 тыс. человек, в обозе оставалось 18 пушек — сила немалая. Еще не все было потеряно, тем более что на правом крыле наемники Якова Делагарди продолжали сражаться. Несколько раз конница гетмана Жолкевского атаковала плотную фалангу немецкой пехоты, но безуспешно. Вот тут-то и нужно было помочь Якову Делагарди ударом из русского лагеря. Но Дмитрий Шуйский предпочел выжидание, за что и был наказан. Когда на помощь гусарам пришла королевская пехота, наемники стали разбегаться. Лагерь наемников захватили, но Якову Делагарди удалось спастись от полного разгрома. 3-тысячный отряд его воинов занял удобную позицию у опушки леса, за лагерем, и мог продолжать сражение.
 Даже в этот критический момент у Шуйского была возможность переломить ход сражения: следовало выйти из лагеря и ударить по полякам, грабившим лагерь наемников и готовившимся к атаке на уцелевшее воинство Делагарди. Но воевода не сделал этого, он все еще выжидал.
 Тем временем гетман Жолкевский послал своего племянника к наемникам, предложив им почетную капитуляцию. Первыми на сторону Жолкевского перешли французские наемники, за ними — ландскнехты. Когда Яков Делагарди убедился, что половина его людей «передались» полякам, он предложил Жолкевскому заключить перемирие отдельно от русских. Взбунтовавшиеся наемники начали грабить лагерь, не пощадив даже обоза своего собственного предводителя. Наемная армия Якова Делагарди перестала существовать.
 Дмитрий Шуйский отдал приказ об отходе, который превратился в беспорядочное бегство. Только окрестные леса спасли ратников от поголовного избиения или плена. Сам воевода бежал, забыв о войске. Своего боевого коня он утопил в болоте, и в Можайск, как отмечали очевидцы, приехал на тощей крестьянской кляче.

Царь Василий Шуйский Через несколько дней, узнав о поражении больших полков, сдался окруженный в Царевом Займище отряд воеводы Григория Валуева. Царь Василий Шуйский остался без армии.
 Дальше поражение следовало за поражением. Лжедмитрий II возобновил наступление на Москву и занял Серпухов. Войско гетмана Жолкевского захватило Вязьму.
 Царь Василий Шуйский пытался еще раз собрать дворянское ополчение, рассылал грамоты в разные города, но дворяне не спешили на призыв непопулярного правителя. В Москве начались волнения. Толпы горожан собирались под окнами царского дворца и кричали: «Ты нам не государь!»
Делегация бояр отправилась в королевский лагерь под Смоленск и подписала договор о признании русским царем королевича Владислава, сына короля Сигизмунда III.
16 июля 1610 г. самозванец появился под Москвой с 3-тысячным войском. С ним был тушинский боярин Дмитрий Трубецкой.
Бессильного царя Василия Шуйского свергли и постригли в монахи, власть перешла к группе знатнейших бояр (так называемая «семибоярщина»), которые тотчас же начали переговоры с королем Сигизмундом III. Вскоре бояре впустили в Москву польский гарнизон. Ждали нового царя Владислава, но теперь уже Сигизмунд III не соглашался отпустить в Москву своего сына. Он стал сам претендовать на царский венец. России грозила утрата национальной независимости.

    Каргалов Вадим Викторович. Русские воеводы XVI-XVII вв. Москва, 2005.

 
 

Назад

arxiv

Галерея

Голосование

Как часто Вы посещаете музеи?

© Администрация Смоленской области

©  Департамент Смоленской области
     по информационным технологиям

WebCanape - быстрое создание сайтов и продвижение

logofooter
© Департамент Смоленской области по культуре и туризму
© Департамент Смоленской области по культуре и туризму