Трагедия в Коровниках (1905-1906 гг.)

Трагедия в Коровниках (1905-1906 гг.)


Гречин Н. А., краевед

Разве ж можно жить нам без оглядки
На твое былое, край родной?
Н. Рыленков

В 1993 году, в самый разгар «перестройки», был взорван памятник, установленный на месте бывшей деревни Коровники в память о трагических событиях в январе 1906 года. Кому-то очень захотелось стереть из людской памяти горькие страницы истории нашей малой родины. Уж очень похожими были ситуации в России в 1905 и в 1993 годах - резкое обнищание народа и ослабление местной и центральной властей.

В начале прошлого столетия в двух километрах от села Луги находилась маленькая, дворов 30-35, деревушка Коровники, входившая в состав Луговской волости. Надельной земли у крестьян было очень мало, но и та песчаная, мало урожайная, да ещё и опоясанная лесами помещиков. Вокруг было разбросано много таких же маленьких селений: Пустыньки, Курганье, Пустотел, Липовка и другие.

После реформы 1861 года крестьяне получили мало земли. Самый большой надел составлял по Рославльскому уезду четыре десятины. А по подсчетам исследователей, в нечерноземной зоне крестьянин мог кое-как прожить лишь в том случае, если надел был не менее восьми десятин на душу.

Прокормиться на своей земле крестьянам было невозможно, и поэтому они арендовали помещичьи земли, за что работали на арендатора. Жили впроголодь, беднели, нищали и разорялись.

Почти все мужчины окрестных деревень нанимались на работы в лесу или на лесопильном заводе Полякова. Заготавливали строевой и распиловочный лес, дрова, щепу. Платили мужчинам 40 копеек, подросткам - 30 копеек в день. А рабочий день длился одиннадцать с половиной часов.

Несмотря на то, что вокруг был лес, крестьяне испытывали огромную нужду в строительных материалах. Ведь лес-то господский, понадобилось бревно - купить надо, а на мужицкую копейку купишь ли? Даже за то, чтобы выкорчевать несколько пней или набрать сучьев на топливо, нужно было платить. Крестьяне ночами рубили барский лес и тайком вывозили в Рославль для продажи. На вырученные деньги они приобретали необходимое: хлеб, соль и другие продукты. Лесная стража строго охраняла поляковские угодья, штрафовала за самовольный сбор валежника, грибов и ягод, за пастьбу скота. Крестьяне вынуждены были отрабатывать эти штрафы, так как не имели денег, и поэтому целое лето работали на помещика бесплатно. А за самовольные порубки деревьев — тюрьма.

Наступил 1905 год. И до этих мест стали доходить слухи о революции, о рабочих забастовках, о крестьянском движении. Весной и летом 1905 года в Рославльском уезде произошло несколько крестьянских выступлений. Из 27 волостей Смоленской губернии, затронутых крестьянским движением, 10 принадлежало Рославльскому уезду. Крестьяне захватывали помещичьи земли, инвентарь, производили массовую порубку леса, не выплачивали деньги за аренду земли и упорно настаивали на уменьшении арендной платы.

К концу 1905 года многие люди приходят к мысли о том, что существующий порядок должен быть изменен. Эти изменения представлялись крестьянам как передача им помещичьей земли. Люди стали смелее, порубки помещичьего леса делались в открытую. Угрозы вооруженных ружьями лесников уже не действовали. В течение всего декабря крестьяне не ночью, украдкой, а средь бела дня группами приезжали в лес, на глазах у стражников валили деревья и вывозили к своим дворам. Больше всего таких смельчаков оказалось в Коровниках. Они вырезали и вывезли строевой древесины на 10 хат. Лесник Гурей Прудников доложил об этом заведующему конторой Утоковского лесопильного завода Хлебникову, который потребовал от станового пристава Шершевицкого расправиться с крестьянами, а лесоматериал у них конфисковать.

После Нового года растерявшиеся было власти решили предпринять чрезвычайные меры. По телеграмме смоленского губернатора 4 января 1906 года (17 января по новому стилю) в Коровники был направлен отряд под командованием пристава Шершевицкого в составе 25 стражников и нескольких урядников, вооруженных шашками и винтовками. Полицейские по пути мобилизовали 30 подвод у крестьян деревни Надворное. Это известие взбудоражило всю деревню. Коровниковцы решили не отдавать лес, не допустить обыска. На краю деревни отряд встретили крестьяне числом до 100 человек, в том числе женщины и дети. Почти все местные мужчины вооружились цепами, кольями, вилами, было даже несколько шомпольных ружей.

По воспоминаниям очевидца П. Богомолова, когда стражники подошли вплотную, пристав Шершевицкий потребовал от крестьян разойтись. В ответ послышалось: «Не пустим в деревню!». Крестьяне не верили, что стражники будут стрелять. И когда те открыли огонь, одних охватил ужас, других - ярость. Кое-кто бросился на стрелявших. Но силы были слишком неравны, и при виде убитых толпа стала разбегаться и прятаться за домами и сараями. Из-за домов крестьяне открыли ответную стрельбу. Охотничьи ружья большого вреда полиции принести не смогли, но все же среди полицейских появились раненые. Урядник Луговской волости Рогожкин, увидев убитых и раненых, закричал стражникам: «Братцы, прекратите проливать кровь!». Тогда старший стражник Петр Лысенков заколол его штыком (по другим источникам, Рогожкин был убит выстрелом из пистолета). Полиция усилила стрельбу из винтовок по избам, дворам и чердакам. Под пули попадали не только мужчины, но и женщины, дети.

Пока шла перестрелка, подросток Даниил Никаноренков обнаружил на опушке леса подводу, на которой лежали ящики с боевыми патронами. Даниил подговорил взрослого мужчину Евсея Егорочкина, и они, прихватив с собой еще одного подростка Егора Терехова, скрытно подобрались к подводе с боеприпасами. Евсей изо всей силы ударил цепом полицейского по голове. Тот упал замертво. Даниил Никаноренков и Егор Терехов развернули лошадь в обратную от деревни сторону, загнали ее по лесной дороге и разбросали патроны, а сами ушли вглубь леса. Стражи порядка расстреляли все патроны. Пристав приказал подвезти боеприпасы, но вскоре ему доложили, что подводы нет, а полицейский валяется с пробитой головой. Пристав перепугался и дал приказ прекратить огонь и немедленно уйти.
Моральная победа была на стороне коровниковцев. Но когда стрельба в деревне затихла и люди вышли на улицу, они пришли в ужас при виде множества убитых и раненых. По разным источникам, число убитых среди крестьян колеблется от 8 до 30 человек, раненых- от 10 до 20 человек. (Согласно рапорту подполковника Гладышева, убито 8, ранено 16 человек, один из раненых на второй день умер. Среди полицейских убит 1 и 4 ранено, один из раненых умер на второй день). Деревня была в смятении. Трупы сложили в одной пустовавшей избе. Раненых крестьяне перевязали наспех, как умели, и отправили в Софиевскую больницу, находившуюся недалеко от Екимовичей. На следующий день жители д. Коровники оплакивали тела своих родных, делали гробы.


Власти не считали, что дело закончено. Для усмирения крестьян были вызваны войска. 7 января в Коровники прибыла карательная экспедиция, которой командовал помощник начальника губернского жандармского управления подполковник Гладышев. Шла рота солдат из Рославльского пехотного полка, ехала вызванная из Смоленска казачья сотня, следом двигался отряд стражников во главе со становым приставом. Тут же ехал управляющий Хлебников. В хвосте колонны везли воз березовых прутьев.

В это время в Коровники сошлось много людей из близлежащих деревень - знакомых, родственников. Коровники были окружены со всех сторон. Казаки въехали на рысях с обнаженными клинками, как на войне въезжают в захваченный неприятельский город. Испуганно смотрели крестьяне, как войска окружили всю деревню. У каждой хаты встал патруль. Все население было согнано к избе Андрея Терехова. Из толпы быстро выделили в одну группу всех коровниковских мужчин. На лугу стояли две скамьи, тут же лежали заготовленные пучки розог. Подполковник потребовал выдать тех «внутренних врагов Отечества», которые подстрекали деревню на «неподчинение властям» и  «посягательство на чужую собственность».

Люди стояли молча, ни одно имя не было названо. Тогда пристав Шершевицкий, достав из кармана список, составленный по сведениям лесников, стал называть фамилии, а стражники вытаскивали мужиков из толпы, срывали с них одежду и бросали вниз лицом на скамью. Один солдат садился на голову, другой - на ноги наказываемого, а два других в одних мундирах с засученными рукавами секли виновного розгами.

Зачинщикам отпускали по 50 розог, а участникам - по 25. Секли так зверски, что на теле не оставалось живого места. Экзекуция продолжалась до самого вечера. Секли розгами всех мужчин от 16 до 60 лет. Многие из них не в состоянии были после этого идти самостоятельно, и их доводили до дому родственники и односельчане. (В России сечение розгами применялось как мера наказания за мелкие уголовные и дисциплинарные преступления с древнейших времен и было отменено в 1903 году. Во время революции 1905-1907 годов этот метод наказания вновь стал применяться при подавлении крестьянских выступлений.)

В своем рапорте подполковник Гладышев писал: «Мера воздействия оказалась действенной, крестьяне изъявили полиции покорность, назвали подстрекателей — братьев Никифоренковых, убитых 4 января, и выдали весь лес, нарубленный в Даче товарищества».

Из Коровников отряд карателей прошел через деревни Даниловку, Макаровку, Буду, Михайловку, Брюханово и Козки. В Буде, состоящей из 140 дворов, крестьяне которой вырубили часть леса и захватили у помещика Евстафьева 150 десятин земли, также были выпороты розгами 10 зачинщиков. В остальных деревнях крестьяне добровольно возвратили порубленный лес и возобновили уплату повинностей.

В 1921 году в Рославле состоялся показательный суд над убийцами коровниковских крестьян. Становой пристав Шершевицкий был приговорен к расстрелу. На месте расправы над крестьянами установили деревянный крест.

В 1975 году, в канун семидесятилетия кровавых событий, по инициативе жителей д. Чижовка: краеведа Григория Владимировича Сергунова и председателя сельского совета Михаила Павловича Каманенкова на насыпном холме был установлен памятный знак в виде вертикальной бетонной плиты, на которой крепилась мраморная доска с надписью: «На этом месте пали жертвами царского самодержавия восставшие крестьяне д. Коровники. Пусть память о них сохранится в сердцах поколений».

Нет больше в нашей стране ни царского самодержавия, ни советской власти, но до сих пор есть бедные, даже нищие, и богатые, не сгладились и противоречия между ними. Есть непонимание между властью и народом, как и прежде, существует борьба трудящихся за свои права. Именно поэтому мы должны знать и помнить горький опыт наших предков, чтобы не повторялись трагические события прошлого.


Литература.


1. Богомолов П. Д. Трагедия в Коровниках. 1956 г.
2. Будаев Д. И. Памятники революционного подвига. 1981 г.
3. Будаев Д. И. Рожденный в борьбе союз. 1984 г.
4. Воспоминания политработника Луговской вол. Рославльского уезда Денисова А. К. Из фондов Рославльского историко-художественного музея.
5. Иванов П. Ф. ...Это было в Коровниках.//Рославльская правда. - Рославль, 1985. - №90.
6. Орлов В. Тысяча девятьсот пятый в Рославле. // Рославльская правда. _ Рославль, 1965. - №201.
7. Революционное движение в Смоленской губернии в  1905-1907 гг. Сборник документов. 1957 г.
8. Сергунов Г. В. Восстание в Коровниках в 1906 году. // За новые рубежи. №2. 1963 г.


Гречин Н. А., краевед
«Ростиславль», краеведческий альманах, №1, 2004 г.



 

Назад

Галерея

Голосование

Как часто Вы посещаете музеи?

© Администрация Смоленской области

©  Департамент Смоленской области
     по информационным технологиям

WebCanape - быстрое создание сайтов и продвижение

logofooter
© Департамент Смоленской области по культуре и туризму
© Департамент Смоленской области по культуре и туризму